Процедура приведения в исполнения судебного решения из ОАЭ

Процедура признания и приведения в исполнение решения суда Объединенных Арабских Эмиратов на территории Российской Федерации представляет собой многоступенчатый юридический процесс, требующий строго соблюдения формальных требований российского процессуального законодательства. Первоначальным и ключевым шагом для иностранного взыскателя является подготовка и направление в компетентный российский суд ходатайства о признании и разрешении принудительного исполнения судебного акта, вынесенного государственным судом ОАЭ.

В российской правовой системе рассмотрение подобных вопросов по коммерческим спорам отнесено к подведомственности арбитражных судов —органов, осуществляющих правосудие в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Ходатайство подается в арбитражный суд того субъекта Российской Федерации, на территории которого находится или проживает должник, либо, если его местонахождение неизвестно, по месту нахождения принадлежащего ему имущества, что призвано обеспечить максимальную эффективность последующего исполнения.

Центральным документом, подлежащим представлению в суд, является само решение государственного суда ОАЭ, которое должно быть приложено к ходатайству в подлинном экземпляре либо в виде заверенной копии. Здесь необходимо учитывать важнейшее требование, касающееся легализации иностранных официальных документов. Поскольку между Российской Федерацией и Объединенными Арабскими Эмиратами отсутствует двусторонний договор о правовой помощи, отменяющий упрощенные процедуры, применяется общий порядок консульской легализации.

Не менее значимым требованием является представление бесспорных доказательств того, что российский должник был своевременно и надлежащим образом извещен о времени и месте судебного разбирательства в суде ОАЭ. Российские арбитражные суды уделяют этому вопросу первостепенное внимание, поскольку ненадлежащее уведомление ответчика рассматривается как грубейшее нарушение его процессуальных прав и является безусловным основанием для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного судебного акта.

Вся документация, исходящая из ОАЭ, включая само судебное решение, доказательства извещения ответчика и доверенность на представителя, должна быть переведена на русский язык, причем перевод подлежит обязательному нотариальному заверению. Нотариус свидетельствует подлинность подписи переводчика, однако не проверяет правильность самого перевода, что возлагает на заявителя полную ответственность за выбор квалифицированного специалиста, способного обеспечить точность и юридическую корректность переведенного текста.

Квитанция об уплате государственной пошлины является еще одним обязательным приложением к ходатайству; ее отсутствие влечет оставление заявления без движения до устранения недостатка. Размер пошлины установлен Налоговым кодексом РФ и на сегодняшний день составляет три тысячи рублей для организаций и триста рублей для физических лиц, при этом платежные реквизиты должны строго соответствовать тому суду, в который подается заявление.

Важно подчеркнуть, что российский суд не пересматривает решение суда ОАЭ по существу и не оценивает правильность применения норм материального права эмиратским судом. Предметом исследования являются исключительно формальные условия: наличие вступившего в законную силу решения, соблюдение порядка извещения ответчика, соответствие решения публичному порядку Российской Федерации, отсутствие вступившего в законную силу решения российского суда по спору между теми же сторонами о том же предмете и по тем же основаниям, а также соблюдение трехлетнего срока для предъявления решения к принудительному исполнению.

В случае вынесения положительного определения арбитражный суд выдает взыскателю исполнительный лист, который приравнивает решение суда ОАЭ к судебному акту российского правосудия и служит единственным законным основанием для применения мер принудительного исполнения на территории России.

Особое основание отказа – нарушение компетенции надлежащего форума (суда), рассмотревшего спор

В делах, осложненных иностранным элементом, определение компетенции российских судов осуществляется с учетом как национального законодательства, так и международных договоров. Единый перечень дел с участием иностранных лиц, рассматриваемых российскими судами, определяется общими правилами международной подсудности к данным случаям с иностранным элементом, закрепленным в процессуальном законодательстве.

При этом нормы об исключительной компетенции требуют особого внимания: такие дела рассматриваются российскими судами независимо от воли сторон, с обязательным учетом правил о подсудности. В частности, к исключительной компетенции российских арбитражных судов отнесены споры в отношении имущества, находящегося в государственной собственности Российской Федерации, а также споры, связанные с недвижимым имуществом, расположенным на территории России и другие категории споров (ст. 247 АПК РФ).

Международно-правовое регулирование компетенции судов основывается на системе двусторонних и многосторонних соглашений, которые устанавливают критерии разграничения подсудности между договаривающимися государствами. Двусторонние договоры о правовой помощи, о торговле и мореплавании разграничивают подсудность судов на основе комбинированного использования таких критериев, как гражданство и домицилий сторон, место нахождения имущества, место исполнения обязательства, место причинения вреда.

Многосторонние региональные соглашения содержат развернутую систему норм о международной подсудности. Киевское соглашение 1992 года и Минская конвенция СНГ 1993 года о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам устанавливают расширенный круг правил о разграничении компетенции судов государств-участников. Основными критериями выступают место жительства ответчика для физических лиц и место нахождения органа управления юридического лица. При этом гражданство сторон не имеет определяющего значения. Дополнительными критериями служат место осуществления хозяйственной деятельности, место исполнения обязательства, место жительства истца.

Важнейшим институтом определения компетенции суда выступает пророгационное соглашение (ст. 249 АПК РФ), то есть соглашение сторон о подсудности. В российском законодательстве возможность заключения таких соглашений предусмотрена статьей 404 Гражданского процессуального кодекса РФ и статьей 249 Арбитражного процессуального кодекса РФ. При этом наблюдается определенное различие в подходах: ГПК РФ допускает изменение подсудности только уже возникшего спора, тогда как АПК РФ прямо предусматривает возможность заключения соглашения как в отношении возникшего, так и в отношении могущего возникнуть спора, связанного с осуществлением сторонами предпринимательской и иной экономической деятельности. На практике российские суды признают действительными соглашения о подсудности, содержащиеся в гражданско-правовых договорах и устанавливающие подсудность для споров, которые могут возникнуть в будущем, что соответствует сложившемуся правоприменению.

Для действительности и исполнимости пророгационного соглашения необходима его определенность, которая имеет две составляющие: определенность объема споров, подсудность которых изменяется соглашением, и определенность обозначения суда, наделяемого компетенцией. Принцип определенности заключается в том, что стороны при заключении соглашения должны четко указать, какие именно споры они относят к ведению выбранного ими суда. 

Судебная практика

Современная судебная практика, в частности, прецедент, созданный Арбитражным судом Ростовской области в 2025 году, демонстрирует, что отсутствие международного договора между Россией и ОАЭ не является непреодолимым препятствием: российские суды все чаще применяют принцип взаимности, признавая решения судов ОАЭ при наличии подтвержденной практики признания российских судебных актов в Эмиратах. 

Российский банк обратился с требованием о взыскании к дубайскому должнику-поручителю, имущество которого находится в РФ. При этом между сторонами было заключено пророгационное соглашение о передаче всех споров из договора поручение на рассмотрение АС Свердловской области. Несмотря на это, российский банк обратился с возникшим требованием в суд г. Дубай, решением которого ему были присуждены неуплаченные должником денежные средства.

Затем банк обратился с заявлением о признании и приведении в исполнение дубайского судебного решения в АС Ростовской области. Поручитель имел активы в России. Арбитражный суд при удовлетворении заявления о выдаче экзекватуры руководствовался статьей 242 АПК РФ, в соответствии с которой заявление подается стороной в споре, в пользу которой состоялось решение, в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника, либо, если место нахождения или место жительства должника не известно, по месту нахождения имущества должника.

Таким образом, было установлено, имущественное право в виде доли в уставном капитале юридического лица является разновидностью имущества, местом нахождения которого является место нахождения самого юридического лица. Местом нахождения ООО «ОКЛЕНД ИНВЕСТМЕНТ ГРУПП» (ОГРН 1156196051868, ИНН 61680779347) согласно выписке из ЕГРЮЛ является: Ростовская область, г. Ростов-на-Дону. ул. Социалистическая, д. 74, оф. 904. Следовательно, предъявление требований о признании и приведении в исполнение судебного акта в Арбитражный суд Ростовской области правомерно.

Арбитражный суд также учел, что банк не может в настоящий момент осуществлять международные расчеты ни в европейской, ни в американской валютах. Банки-корреспонденты в иностранных государствах не осуществляют проведение операций по открытым у них счетам, а финансовые переводы в долларах США затруднены. Таким образом, в настоящее время заявитель не может рассчитывать на надлежащее исполнение судебного решения на территории иностранного государства (ОАЭ).

Предусмотренный п. 6 ч. 1 ст. 244 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации давностный срок приведения решения иностранного суда к принудительному исполнению не истек. Поскольку окончательное решение по рассматриваемому спору было вынесено 23.06.2021, вышеназванный срок для обращения с заявлением (направлено по почте 21.06.2024) не пропущен.

В процессе выдачи экзекватуры на решения иностранных судов, в том числе дубайского суда, суды рассуждают следующим образом: целью признания и исполнения иностранных судебных актов, как и любой другой деятельности государственных органов, должна являться охрана и защита прав и свобод человека и гражданина. Одним из общепризнанных принципов международного права является принцип международной вежливости, предписывающий государствам относится к иностранному правопорядку вежливо и обходительно. Кроме того, среди других общепризнанных принципов международного права выделяется принцип взаимности, берущий свое начало из принципа международной вежливости. В материально-правовом контексте под принципом взаимности следует понимать правило о том, что иностранное право подлежит взаимному применению в целях развития сотрудничества между государствами. Объединенные Арабские Эмираты, а также Российская Федерация являются участником Нью-Йоркской конвенции с 19 ноября 2006 г., которой предусмотрен порядок признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений.
(Определение АС Ростовской области от 20 мая 2025 г. по делу № А53-23536/24)

Суд также учел, что при рассмотрении дела в иностранном суде доводы должника об отсутствии компетенции были рассмотрены и отклонены как ошибочные. Апелляционный суд сделал вывод о том, что для определения неподсудности спора суду, разрешающему такой спор, по иску к лицу, зарегистрированному на территории ОАЭ, имеет значение только согласованное сторонами условие о разрешении спора арбитражем (третейским судом).

В остальных случаях надлежащим компетентным судом для рассмотрения спора по иску к лицу, зарегистрированному в ОАЭ, будет исключительно суд указанного государства. При этом отказ в признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации иностранного судебного решения, вынесенного в отношении зарубежного юридического лица, нарушит право банка на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, на сегодняшний день пророгационное соглашение в пользу российского государственного арбитражного суд фактически оказывается неисполнимым в ситуации, когда должник зарегистрирован на территории ОАЭ. Только арбитражное соглашение позволит перенести возникший с данным субъектом спор в другой компетентный форум. В отсутствие арбитражного соглашения дубайский суд всегда будет вправе рассмотреть подобный спор.
(Постановление АС Северо-Кавказского округа от 17 сентября 2025 г. по делу № А53-23536/2024)

Задавайте ваши вопросы и обращайтесь за консультацией к нашим юристам-профессионалам в делах о получении экзекватур российских судов на иностранные судебные решения по тг-адресу: